Ведущий — Александр Ярошенко:
Добрый вечер! Гость сегодняшних «Простых вопросов» – человек бесконечно интересный. Много лет назад от нечего делать он стал учить русский язык и преуспел в этом деле. Он работал в Торгово-промышленной палате Парижа, общался с президентами Горбачёвым и Медведевым, влюблён в русские берёзы и российских девушек.
Сегодняшний гость – парижский профессор Бруно Барон-Рено.
— Здравствуйте, Бруно!
— Здравствуйте.
— Как так получилось, что русский язык стал вашей судьбой?
— Во время военной службы обо мне забыли в одном спокойном кабинете Министерства обороны Франции. Тогда во Франции служба для мальчиков была обязательной. Я воспользовался спокойствием для того, чтобы начать изучать русский язык. И я это сделал с большим удовольствием.
— Чем интересна для вас Россия, такая большая, холодная, может быть, малопонятная?
— Видите ли, когда я был студентом, я занимался международными вопросами, делами. В первую очередь во Франции, потом в Соединённых Штатах, потом получил стипендию в СССР. Мне было очень интересно обсудить, как работают обе системы – западная, скажем, и социалистическая.
— Капиталистическая и социалистическая, так говорят.
— Да.
— И всё же чем интересна Россия? Что в ней есть такого, чего нет в других странах?
— Конечно, особенно интересны русские люди. Они самые интересные. Потому что у них открытая душа. Замечательный народ, просто талантливый.
— Но так о каждом народе можно сказать.
— Хорошо. Но имейте в виду, что, если, например, сидишь в одном французском поезде и тебе хочется начать какой-то разговор с твоими соседями, по всей вероятности, они будут сдержанны.
— Скованны?
— Да. Тогда как в России совсем другая атмосфера. Через час уже говорят о семье, семейных делах, что произошло, как и почему. Так что это приятно.
— А вот загадочная русская душа, о которой так много говорят, она вам понятна, или бывает, что даже вы…
— Умом Россию не понять…
— Правда?
— Но из этого, между прочим, состоит большая часть русской привлекательности для меня. Потому что до самого конца жизни будут, вероятно, те аспекты русского темперамента, которые мне трудно будет понять.
— Жизни не хватит, чтобы всё это понять?
— Да. Но тайна всегда интересна.
— Вы уже не первый раз приезжаете по приглашению педуниверситета в наш город преподавать русский язык. Зачем вы из Парижа едете на эту окраину России? Что это, желание заработать деньги?
— Нет. Потому что педагогический университет уже делает очень много для меня. Потому что платят за проезд, проживание в Благовещенске. Так что не надо никаких денег платить.
— Но зачем вы летите на другой конец света?
— Потому что мне интересно познакомиться с таким городом, как Благовещенск, который так сильно отличается от больших городов, как Москва, Санкт-Петербург, другие крупные города Российской Федерации.
Я сам родился в провинциальном городе Западной Франции. И мне интересно в какой-то степени сравнивать подход к жизни жителей Благовещенска и Франции.
— Французской провинции и российской?
— Да.
— Бруно, скажите честно, не как вежливый гость, как вам Благовещенск?
— Мне он очень нравится. Но, откровенно говоря, мне нравится больше всего, когда наступает весна. Потому что зима в России – это, конечно, тоже интересное время года, потому что снег, потому что морозы и так далее. Но всё равно для слабого француза лучше, когда уже наступила весна.
— Но французам даже под Москвой было тяжеловато зимой. Было время.
— Правильно. Вот поэтому я понял уроки этого несчастного приключения и…
— И сделал выводы, что, ребята, лучше к вам приезжать весной.
— Да.
— Вы общались с президентами Михаилом Горбачёвым и Дмитрием Медведевым. Какие они? Ваша оценка.
— Что касается Михаила Сергеевича Горбачёва…
— Каким вам показался?
— Мне казалось тогда, очень солидным. Но в то же время он отлично понял, мне казалось тогда, что управлять этим сложным процессом перестройки, превращения в другую систему будет трудно. И так получилось.
— Но в России его многие не любят. Это, наверное, удел всех реформаторов.
— Может быть, из-за того, что, к сожалению, распад Советского Союза совпал со многими экономическими трудностями для русского народа.
— А президент Медведев? Вы его видели. Каким он показался?
— Я его видел. Но не могу сказать, что общался с ним. Просто пожал руку.
— Но первое впечатление?
— В Париж он приехал с официальным визитом в прошлом году в марте. И тогда была организована большая встреча с промышленниками Франции, и меня пригласили на приём. Таким образом, я его увидел. Ну, молодой, но в какой-то степени, между прочим, имел студенческий вид.
— Не расстался со студенческим видом?
— Да, да. Такое впечатление. В то же время чувствовалось у него желание начать какой-то процесс реформы, который нам, французам, и не только французам, но и другим людям Западной Европы, очень нравится. Потому что нам кажется, что во имя вертикали власти несколько демократических процессов, которые нужны в России, как и везде, тормозились.
— Чем крепче вертикаль, тем меньше демократии?
— Да. Как сказал Черчилль, демократия – это самая ужасная политическая система, за исключением всех остальных.
— Бруно, я знаю, что ваша жена по национальности тайка.
— Да.
— Есть мнение, что любви на разных языках не бывает. Или бывает?
— Бывает.
— Ваш пример?
— Да. Потому что мы хорошо живём вместе уже почти сорок лет. Я познакомился с будущей женой в Бангкоке. Я тогда работал в ООН.
— Но это два разных менталитета.
— Хорошо. Надо всегда найти путь к компромиссу. Между прочим, между русским мужем и русской женой тоже нужен постоянный компромисс.
— Вообще между людьми нужен компромисс. Только компромисс.
— Да.
— Вам сколько лет?
— 71.
— Промолчу. Мужикам комплименты не принято говорить, поэтому просто громко промолчу.
— Вы думаете, что у меня есть ещё какие-то шансы познакомиться с вашими прекрасными девушками?
— Я думаю, что у вас ещё много впереди.
— О, господи! Но при условии, что моя жена ничего не узнает об этом.
— Она не поймёт эту программу.
— Она говорит по-русски, между прочим.
— Да вы что!
— Да. Когда мы жили в семейной обстановке в Москве, она занималась очень серьёзно.
— Тогда придётся этот кусок из программы вырезать.
— Наверное. (смеётся)
— Это были «Простые вопросы» для французского профессора русского языка Бруно Барон-Рено. Мы говорили о гармонии, любви, девушках и о весне.
Я желаю вам всего самого доброго. Живите долго. До свидания!
Источник новости: http://www.amur.info/simple/2011/04/21/2038.html