Оно случилось 17 лет назад
Сегодня Ирине Сафоновой исполнилось бы 45 лет. Более 17 лет загадку ее исчезновения не могут разгадать. Она пропала в ночь на 9 сентября 2009 года. Ни криков, ни следов борьбы, ни свидетелей не оказалось — только ключи, оставленные в лифте, и вопрос, на который до сих пор нет ответа: куда же она делась? «КП-Новосибирск» вспомнила все, что известно об этом деле — и узнала, какие подвижки есть сейчас. В ночь 9 сентября 28-летняя Ирина Сафонова в последний раз была у своего дома в Академгородке в Новосибирске. Уже было за полночь, женщина вернулась с позднего сеанса в кинотеатре, куда ее позвал друг Александр Скурихин. Со своим мужем Ирина жила фактически порознь, хотя официально не развелась. Жила она в квартире на улице Демакова, 1 с младшим братом Ильей и сыном Андреем. После сеанса в кинотеатре «Победа» Александр отвез Ирину на машине домой. Информация о том, что Ирина примерно в полночь зашла в свой подъезд — это слова самого Александра. Так он сообщил следователям, но как все было на самом деле, неизвестно — камер, расставленных вокруг домов, тогда еще не было. В 00.15 Александр отправил СМС-ку, сообщение было доставлено, но ответа не последовало — и мужчина уехал домой, думая, что спишется с Ириной утром. Ирина так и раньше поступала — приезжала домой и сразу ложилась спать. Андрей и Илья в тот вечер тоже легли, не дожидаясь, пока женщина вернется с ночного сеанса. Только на следующий день около 7 утра ее хватились. Александр рассказывал, что мобильный Ирины был недоступен, и тогда он позвонил на домашний номер. Трубку взял ее сын Андрей и сказал, что мама до сих пор не вернулась. Позднее станет известно, что в половину первого ночи домой возвращалась соседка Ирины. Зайдя в лифт, она наступила на газету, лежащую на полу. Это была газета рекламных объявлений из почтового ящика. Под газетой лежали ключи. Соседка забрала их домой, а следующим утром повесила в подъезде объявление о находке. Позже выяснилось, что это ключи от квартиры Сафоновой — ее брат их опознал. — Я не придал этому значения — мама могла быть у подружки. Собрался и пошел в школу. Днем заглянул к тете в гости, она жила в соседнем подъезде. Я часто бывал у нее днем, делал там уроки, обедал, пока мама на работе. Видимо, тетя уже знала о поисках мамы, поэтому попросила меня остаться у нее ночевать и на следующий день велела снова прийти к ней. О том, что мама пропала, мне никто не говорил. В сентябре уроки физкультуры проводили на улице. И во время занятия я увидел на одном из столбов на беговом кольце листовку. Подошел ближе и увидел фото мамы, — рассказывал «Комсомолке» Андрей Сафонов. Для него эта тема до сих пор очень болезненна. Когда утром начались поиски, оперативники быстро оказались на месте. Зацепились сразу за ключи — почему они лежали на полу под газетой? Значит, кто-то зашел в подъезд, взял газету, вызвал лифт… и в этот момент что-то произошло. А вот что именно — версий за годы накопилось множество, от криминала до случайной трагедии. Но ни одна не получила подтверждения. Следствие с самого начала отмечало: у Ирины был маленький ребенок, стабильная жизнь и понятный круг общения. Мотивов «исчезать добровольно», бросив семью, у нее не было. Похитить Ирину, не запросив выкупа, тоже не могли. Проверялись близкие, знакомые, бывший супруг, у которого в Москве была другая семья. Под подозрение попадали разные версии, включая конфликт на личной почве. Александр Скурихин оставался главным подозреваемым, в конце концов, только он видел Ирину в последний раз, больше свидетелей в ту ночь у подъезда не было. Но ни одна линия не дала результата. Во время поисков добровольцы обследовали подвалы и чердаки района. В одном из подвалов даже нашли признаки того, что там кто-то мог находиться: следы пребывания, бытовой мусор, остатки еды. Позже появлялись и другие зацепки — в том числе обнаружение неизвестного захоронения женщины в области. Однако экспертизы не подтвердили связь с Ириной Сафоновой. Александр Скурихин и его приятели тоже принимали участие в ее поисках. Но его тоже подозревали большинство поисков-любителей. Семья Ирины ему доверяла, а брат считал, что бойфренд не мог бы причинить его сестре никакой боли. Доказать же причастность Скурихина к исчезновению тогда не удалось. Дело в 2010 году приостановили, а в 2015 Ирину официально признали погибшей. Но интерес не угас и спустя десятилетие. В разные годы следствие вновь возвращалось к материалам, а в последние годы расследование снова активизировали — уже с учетом современных технологий генетической экспертизы. Следователи не исключают, что ключевые улики — те самые ключи и другие предметы из подъезда — могут дать новые ответы при повторном исследовании. — В лифте нашли ключи и газету — это все является вещдоками по делу. Скорее всего, будут выделять хоть какие-то биологические следы с этих вещей, делать геномную экспертизу. А с помощью «геномки» сейчас удается раскрыть множество дел, — рассказал КП-Новосибирск источник в правоохранительных органах. — Также вновь опросят всех свидетелей происшествия. Если они врут, спустя годы это легче выяснить, так как человек начнет путаться в каких-то деталях. Так что хоть и прошло много лет, возможность найти виновных есть. Следователи осторожны в прогнозах, но не закрывают дело окончательно. По их словам, современные методы криминалистики действительно позволяют раскрывать преступления, которые казались безнадежными. Фото: ИИИсточник новости: Portamur.ru